Актеры. Профессия и жизнь 

Актер – это, конечно, профессия. Но одновременно это и призвание, и особый стиль жизни, и судьба, и т.д., и т.п. Хороших актеров как будто бы много. В то же время их очень мало. И среди актеров есть незаменимые.
Никто так не сыграет Остапа Бендера, как сыграли его, к примеру, Сергей Юрский и Андрей Миронов. Никто так не станцует в образе тети из Бразилии, (где в лесах водится много-много ужасно диких обезьян!), как станцевал Александр Калягин. Никто так не раскроется в образе Гамлета, как сделал это Иннокентий Смокнутовский в знаменитом фильме режиссера Григория Козинцева.
Все великие актеры являются совершенно оригинальными, неповторимыми личностями. При этом всех великих и просто хороших актеров объединяет одно самое важное свойство – они умеют создавать на сцене или в кино совершенно новые образы, новые личности, не такие, как они сами.
Для того, чтобы создать такие образы, актеры меняют одежду, накладывают грим, но прежде всего они меняются внутренне.
Вот это, пожалуй, самое непостижимое и завораживающее в актерском труде. Для определения этого труда в русском языке существует слово «лицедейство», но вообще-то это слово только очень поверхностно отражает суть актерского преображения.
Что такое лицедейство? Это – действие лицом. То есть мимика какая-то, ужимки, гримасы и так далее. Таким «арсеналом» средств очень даже хорошо владеют разные там «актеры» сериалов, вот только внутренне преображаться они не умеют.
А хорошие и великие актеры в каждой своей роли так настраиваются и перестраиваются, что на какое-то время даже как будто бы превращаются в совершенно других людей.
Как будто бы, вот именно.
Дело в том, что когда хороший актер играет свою роль, он, как это ни парадоксально, никогда не погружается в создаваемый образ без остатка. Хороший актер, играя любую роль, как бы «раздваивается». То есть, играя, он одновременно контролирует свою игру, наблюдает за собой как бы со стороны, находясь, однако, все время внутри себя.
Это раздвоение является довольно серьезной нагрузкой на психику, которая у особо тонких артистических натур иногда приводит к печальным последствиям. Актер просто сходит с ума. Или, как минимум, начинает вести себя неадекватно.
Таких примеров хватает.
А еще, создавая какой-либо образ, актер фактически становится богом-создателем.
Поэтому священнослужители, причем независимо от религии, которую они исповедуют, относятся к актерам очень настороженно.
Новые образы имеет право создавать только господь бог, считают они.
Но ведь каждый из нас создан по образу и подобию божьему, так что если хороший актер немножко побудет богом, это никому не повредит.
Главное – не увлекаться слишком сильно своим актерством.
Ибо игра – это всего лишь игра.
Она только часть жизни, но вовсе не сама жизнь.