Почем сигареты за дальними пределами родной страны?

Почем сигареты за дальними пределами родной страны?
Раньше, в те самые добрые старые времена, экипажу советского торгового судна в иностранном порту нельзя было по одному на берег сойти. Обязательно группой. И чтобы в ней – не меньше трех человек было. Причем, один из них – из командного состава.

И как-то в одном из шотландских портов у нас сорганизовалась вот такая, теплая компания. Я, один из мотористов машинной команды (проще говоря, — маслопуп), а из отцов-командиров нам третьего штурманца дали. Приоделись мы, валюты чуток на руки получили и скатились по трапу, все такие, из себя довольные. Свобода!

На выходе из порта вскочили в первый же автобус. Даже номер его запоминать не стали. Зачем? Валюты с гулькин нос. Всё равно обратно возвращаться пехом придется. Поэтому и от порта далеко отъезжать не стали. Пропустил две-три остановки, на четвертой и выпрыгнули.

Выпрыгнули, осмотрелись… Ага, вот оно, то, что нам надо. Вывеска. А на ней, если кто не сильно в английском разбирается, большой бокал, сверху, как морской фуражкой, накрытый шапкой пивной пены. Зашли. За одним из столиков кости свои бросили и пальцами подбежавшему официанту показываем – нам, мол, три. По бокалу на брата. Для начала. А там посмотрим, как оно дальше пойдет. И какие тут у вас, в Шотландии, цены.

Принесли нам всё наше быстренько. Выпили мы. Сказал бы, закусили, да только валюты… Кот наплакал. И смысл тратить её на закусь? Поэтому, — только выпили. А как выпили, так сразу курить захотелось. Достали мы принесенную с собою пачку родных, советских сигарет, из тех запасов, что таможня разрешила не закрывать под замок, и пустили её по кругу.

Сидим, пиво пьем, курим. Снова пьем. Опять курим.

В общем, хорошо посидели. На рога, само собою, не встали – не с чего было. Но посидели – хорошо. Приятно так. Вот только через какое-то время сигареты закончились. А потом смотрим: да нам уже и на судно пора возвращаться.
Рассчитались, вышли на улицу и, чтобы перед броском до порта сил набраться, плюхнулись на скамейки в скверике, что неподалеку от пивнушки оказался.

Сидим, вдыхаем в себя запах шотландских достопримечательностей.

Вот только они… С трудом вдыхаются! Курить… Курить очень хочется! А пачка, что мы с собою с судна прихватили, ещё в пивнушке закончилась. И что делать?!
Маслопуп и говорит штурманцу:

— Слушай, вас же в институтах языкам учили. Учили? Так вот… Видишь, вон мужичок как раз в нашу сторону гребет? Дымит, сволочь, как паровоз! Тормозни его. Попроси пару сигарет для советских моряков.

Сказано, сделано. Как мужичонка поравнялся с нашей скамейкой, мы вскочили аккуратненько, чтобы не испугать ненароком аборигена. Улыбка на всех трех лицах – на ширину приклада. От уха до уха. И штурманец предельно вежливо:

— Хау, мол, дую.

И дальше про сигареты.

Мужик понял. Полез в карман за портсигаром. Вынул его, открыл, достал пару сигарет, и протягивает нам. Я их сразу схватил намертво, а маслопуп давай мужичонке лапы трясти. Спасибо, мол, братишка. Родина тебя не забудет! И не так чтобы для галочки. От души этого шотландца поблагодарил. Минуты три его ручонку из своей лапищи не отпускал.

И только мы отблагодарились и собрались обратно к скамейке пришвартоваться, как мужичонка этот голос подал. Лопочет что-то по своему, по-шотландски. Ну, маслопуп опять его за руку схватил. Давай её трясти. Спасибо, братишка. Родина тебя…

Я ему на подмогу выдвинулся. Вспомнил кой-чего, что ещё в школе зубрили:

— Мир, — говорю ему, — фройндшафт. Рашен мариманен. Совьет юнион. Ай демстенд?

Он мне и кивает. Стенд, мол, стенд. Понимает, значит. Ну, раз понимает – какие ещё к нам вопросы? Вали, мужик, дальше. Туда, куда и шел. Нам курить… Курить хочется.

А он всё никак. Уже сам схватил маслопупа за лапу и давай ему что-то впаривать по-своему. Да быстро так. И с чувством.

Мы уже отлипли от него. Руки не трясем, но тоже, строго так, с небольшим металлом в голосе, отвечаем — сенькью, мол. Ты чё, мужик? Тебе же русским языком сказано – мир, дружба, фройндшафт. Рашен матросен.

Чего тут непонятного?

А пока мы вот так разговариваем, смотрю – штурманец за спиной у шотландца (тому и не видно!) чуть ли не пополам согнулся, плечи ходуном ходят, рукой рот зажимает, чтобы не засмеяться, и разные страшные рожи одновременно нам корчит – заканчивайте, мол!

Но как закончишь, если этот гад, уходить не хочет? Хватает за рукав, то меня, то маслопупа. Лопочет что-то по-своему. Да всё громче и громче. Уже и прохожие стали на нас оборачиваться. Ну, мы смотрим – не в дугу мужик. Из непонятливых. Плюнули мы от души (в сторону, не на мужика этого!), развернулись на сто восемьдесят и скорым шагом — от шотландца. А он как увидел, что мы уходим – заорал в голос, как раненый в одно место бизон, бросил сигарету, что курил, на асфальт, и давай её топтать. Обеими ногами.

Ладно, отошли мы от этого шотландца на приличное расстояние, чтобы криков его не слышать. Отдышались чуток, успокоились. Закурили. И только после этого, как расслабон легкий по всему телу пошел и уже свернувшиеся в трубочку уши начали потихоньку разворачиваться, я и спросил «трюльника»:

— А ты-то… Ты-то чего ржал, как полоумный?

Он мне и отвечает:

— А чё над вами, дуриками, не поржать? Вы ж шотландцу этому всё за мир и дружбу. И через каждые два слова, о том, что вы советские моряки. А он вам и говорит, что понимает, кто вы такие, но сигареты, вообще-то, денег стоят. И он бы хотел, чтобы вы ему за них заплатили.

Тут уже маслопуп вклинился:

— Ну, ни черта себе… Вот буржуйское отродье! Уже сигаретку моряку западло дать! Деньги ему отслюнявь. Фунтами. За сигаретку. Одну!

— Сигарет-то, если уж честными быть, он вам две дал, а не одну. А по деньгам… Вот, смотрите!

Штурманец нас тут же — под белы ручки, и — к витрине табачного магазинчика, мимо которого мы как раз проходили:

— Вот, посмотрите на ценники. Только учтите, цены – не в рублях. В фунтах.

Мы с маслопупом как глянули на витрину… Так одновременно, не сговариваясь, и приземлились на пятые точки. Он – на свою, я, естественно, — на свою. Сидим, прямо на шотландской булыжной мостовой, благо, она чистая, и глазами хлопаем. Ну, ни черта себе… Совсем буржуины офонарели! И это-то за одну пачку? В фунтах?!

В пачке, между прочим, у них, экономных просто до безобразия, сигарет в два раза меньше, чем у нас. Но цена за этот мизер… Да за эти деньги шарповский плеер купить можно. А его тебе ещё в фирменный пакет завернут. Который тоже денег стоит! Вот и получается, что японская техника… Дешевле этих чертовых сигарет!

Нет, да они все, в Забугорье этом, офонарели просто…

Почем сигареты за дальними пределами родной страны?: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *