Достаточно распространенное мнение гласит, что все люди рождаются универсалами, то есть, обладают одинаковым набором способностей, талантов и склонностей. И, следовательно, если эти таланты развивать, то практически из любого ребенка можно вырастить гения. Например, если буквально от рождения малыш будет слушать классическую музыку, а после каждого кормления ему будут читать выдержки из общей теории относительности Эйнштейна, то в результате получится очаровательная смесь Моцарта с Лобачевским. Что характерно – не получается.

Поборники теории одинаковости людей от природы забывают о том факте, что еще при зачатии и внутриутробном развитии закладываются характеристики будущей личности. То есть, развитие младенца начинается отнюдь не в момент рождения, а именно – в момент зачатия. Факт, что диета матери, ее настроение и времяпровождение влияет на ребенка. Неродившийся младенец уже слышит и чувствует, а, следовательно, и развивается (с этой точки зрения абсолютно оправдано мнение церкви о том, что аборт суть убийство).

Но если ребенок начинает развиваться еще до рождения, приобретать определенные привычки и склонности, то каким образом все люди могут рождаться одинаковыми? А ведь существует еще генный набор и многое другое.

Можно утверждать прямо противоположное: мало того, что все люди от рождения разные, но их набор способностей, талантов и склонностей заложен изначально, буквально еще до рождения. Кстати, это вовсе не означает, что ребенок является прямым продолжением родителей. Ломоносов, к примеру, родился в крестьянской семье. Так что сочетания генного материала и внутриутробного развития могут быть удивительно разнообразны и приводить к поразительным результатам. Поэтому имеет смысл предлагать крестьянскому ребенку попробовать себя в игре на скрипке – он действительно может оказаться вторым Моцартом. А может и не оказаться.

Гораздо интереснее и правдоподобнее другая версия: в каждом человеке заключен гений в какой-либо области, нужно просто найти ту область, куда следует приложить основные силы.

Казалось бы – все совершенно просто. Берем малыша и начинаем предлагать ему различные варианты, начиная от музыки и заканчивая токарным станком. Оно, конечно, правильно. Вот только при таком подходе не учитывается, что талант может уже устареть или быть еще не востребованным. К примеру, малыш может оказаться гениальным изготовителем каменных топоров. Но кому нужны сейчас каменные топоры, пусть даже и повышенной прочности! И вот Гений Каменных Топоров вынужден становиться посредственным инженером, учителем, рабочим.

Но все же, если вы ощущаете неудовлетворенность своей работой, то, возможно, стоит попробовать поискать тот самый, глубоко зарытый талант. Может быть в вас погибает талантливый скульптор или художник? Или мастер вязания? Не суть важно, какой именно талант не востребован, но пока он не будет задействован – неудовлетворенности не избежать. Так что ищите – в любом возрасте! – и пусть удача способствует вашему внутреннему гению.

Новый год уже совсем близко, так что, по традиции, пора начинать рассказывать рождественские истории. Вот одна из них, которая произошла с моим двоюродным дядей в 1973-м году.
Дяде тогда, кстати, было полных 26 лет. И работал он шофером на ГАЗ-51, в РАЙПо. Шофер – это то же самое, что водитель, просто французское обозначение данной профессии в настоящее время почему-то уступило место исконно русскому варианту.
ГАЗ-51 – это такой знаменитый советский грузовик грузоподъемностью 2,5 тонны, очень неприхотливый и надежный. Выпускался, между прочим, около 30 лет, с 1946 года по 1975-й.
РАЙПо – это Райпотребсоюз, государственное объединение розничной торговли. Мой дядя жил в районном центре и туда-сюда возил между магазинами данного РАЙПо разные продукты и промышленные товары.
И так уж случилось, что вечером 31 декабря 1973-го года дядя возвращался на своем грузовике из одного дальнего села домой, в свою холостяцкую квартиру.
Вообще-то мой дядя намеревался встретить новый год не дома, а у одной боевой подруги в деревне, но, увы, к подруге некстати вернулся муж из командировки. Пришлось моему дяде убираться восвояси несолоно хлебавши. Его даже не очень грела мысль, что в вещмешке в кабине его грузовика лежали аж семь бутылок крепчайшего деревенского самогона и два здоровенных круга домашней колбасы. В кузове грузовика был еще кой-какой дефицит, в виде конфет и индийского чая, но самогон и колбаса – это было святое.
Надо сказать, что мороз в ту новогоднюю ночь был крепкий, градусов хорошо за 30, и надо ж было такому случиться, что километрах в 10-ти от райцентра, поздним вечером, на пустынной дороге, двигатель дядиного грузовика взял да и сломался. Так сломался, что отремонтировать его можно было только в мастерской гаража.
Ну, дядя потоптался немного вокруг грузовика, подумал и понял, что домой ему придется идти пешком, потому как в кабине грузовика до утра можно было и замерзнуть насмерть, несмотря на теплый дядин полушубок, хорошую собачью шапку, ватные штаны и валенки.
Зато 10 километров, хоть и по морозу, для молодого и физически крепкого человека, в общем-то и не расстояние. К тому же была надежда, что все-таки будут еще попутные машины.
Дядя кинул в свой вещмешок, к уже имевшимся там ценностям, пару пачек индийского чая и коробку конфет, нацепил вещмешок за спину, запомнил место и потопал.
Ветра, к счастью, почти не было, от быстрой ходьбы дядя разогрелся, раскраснелся, да еще и тяпнул слегка из одной бутылки, так что настроение у него постепенно поднялось.
Пить много дядя не стал. Он знал, что это тоже может быть очень опасно. Дядя мой был человек хоть и молодой, но благоразумный.
И вот, пройдя километра три, дядя чуть поодаль на боковой дороге увидел другой грузовик, ЗИЛ-157, с будкой, из которой торчала труба печки. Из трубы валил дымок, а из будки доносились бодрые мужские голоса.
ЗИЛ-157, кстати, это был такой мощный трехмостовый грузовик, выпускался с 1958 по 1994 год.
Дядя совсем воспрял духом!
Он быстро дотопал до грузовика и постучал. Дядю тут же впустили внутрь, и встретили как родного. Время такое тогда было. Люди друг друга не боялись, и очень хорошо понимали, что значит оказаться зимой на дороге вдали от жилья.
В этом грузовике в тот же райцентр возвращались домой четверо рабочих с лесозаготовок, и у них тоже что-то сильно сломалось. В отличие от дяди, они вместе со своим шофером решили встретить новый год в будке грузовика. У них было довольно дров, целый ящик тушенки, несколько буханок хлеба и даже изрядный шмат сала, зато совсем не было выпить, поскольку на лесозаготовках действовал «сухой закон».
И когда дядя, скромно улыбнувшись, сказал мужикам, что у него при себе аж семь бутылок божественного напитка, мужики чуть не прослезились от нежданной радости и назвали дядю самым лучшим Дедом Морозом в мире.
Нетрудно догадаться, что встреча нового, 1974 года в той отдельной взятой будке прошла на самом высоком уровне, причем без ссор и драк, любо-дорого.
А еще, во-первых, дядя и мужики-лесорубы подружились на всю жизнь. И, во-вторых, у одного из них была совсем молодая незамужняя сестра, с которой дядя вскоре познакомился и чуть погодя сочетался законным браком, оставив в прошлом всех своих боевых подруг.
Вот такая простая, но очень счастливая история, причем случившаяся прямо в новогоднюю ночь.
Между прочим, дядя со своей женой вырастили троих детей, обзавелись внуками и сейчас находятся в добром здравии, чего и вам всем желают.

Известно, что небесным покровителем Санкт-Петербурга реально считается не Святой Петр, а живший в XIII в. князь Александр Ярославич. В 1240 году этот князь во главе новгородского ополчения доблестно разбил на Неве при впадении реки Ижоры шведский отряд и с тех пор получил прозвище Невского. Кроме князя с дружиной и новгородцев в битве участвовали и ладожане, а также, по видимому, не официально пособило местное финоугорское население, убившее многих шведов там, где Александрова рать не смогла пробраться. Ныне ученые по разному оценивают размах и значение русской невской победы 1240 года. Одни считают, что Александр надолго остановил шведские нападения на Русь (что не соотвестсвует истине). А другие вовсе умаляют значения победы, отказывают Невской битве в праве называться битвой, считая ее простой пограничной стычкой. Что ж, не исключено, что шведов было немного, и их этот конкретный выезд носил разведывательной характер не ставил перед собой цели быстрого и полного покорение «реки и всей области Новгородской». Недаром, пока Александр получил весть о б их приближении, собрал войска и прибыл в их лагерь, они продвинулись от невского устья всего несколько десятков километров вверх по Неве. Но тот факт, что шведы взяли с собой епископов (т. е, не менее двух, в то время как во всей Швеции их было 6) говорит о том, что ими замышлялась весьма крупномасштабная акция, важным звеном которой и являлась высадка в районе нынешней Усть-Ижоры. При этом Александр Невский безусловно проявил себя талантливым полководцем, устроившим организованное нападение на лагерь противника несколькими отрядами.

Новгородцы тоже оценили значение этой битвы. Емкое сообщение новгородской летописи содержит точную дату битвы (15 июля), указание на число жертв, имена некоторых из них и имена главных новгородских героев. Так описывались в новгородском летописании очень важные битвы. При этом победу новгородский книжник связывал с помощью самих Бориса и Глеба, первых русских святых, очень почитаемых на Руси, которых упоминали лишь в исключительных случаях. А после победы на Неве близ Ладоги основали крупный и видный мужской монастырь во имя Николая Чудотворца, покровителя водных путешествий (Александр, видимо уже тогда понимал, что шведы зарятся не просто на Новгородские земли, а воюют за господство на балтийских торговых, проходящих в Неву через воды Балтики). А ведь монастыри, да еще такие значимые, основывали только после очень великих побед. Правда, сам Александр долгое время не был причислен к лику святых (вероятно, сказалась его компромиссная политика с ордой, участие в проведении богопротивной с христианской точки зрения ордынской податной переписи Новгорода и его загородных окрестностей, сделавшей прежде свободный Новгород до самого конца монгольского ига ордынским данником. Но это не умаляло признания значения невской победы и полководческих доблестей князя).

Не удивительно, что Петр I сделал Александра Невского небесным покровителем Санкт-Петербурга, а его доблестную победу над шведами использовал для обоснования необходимости утверждения России при море и превращения ее в одну из сильнейших европейских держав.

Боже, помилуй полярников, поет Гребенщиков в одной из своих песен. А и правда, любая работа в приполярных областях обладает острым привкусом смертельной опасности. Вот и сейчас в южных широтах разворачивается драма вполне в духе эпопеи челюскинцев.

Траулер Sparta. Так же как и «Челюскин» – судно вовсе не ледового класса. Он также занимался своим делом без ледокольного сопровождения и, скорее всего, без данных ледовой разведки. На вопрос – а что вообще их понесло в суровый и крайне негостеприимный край, ответ прост. Биологические пустыни есть не только на суше, но и в океане. С одной стороны – самые «хлебные» места – именно в холодных морях Севера и Юга планеты. Вторая причина еще прозаичнее. Возможности рыболовецкого флота давно превысили репродуктивные возможности морей и океанов. И единственные еще места, где есть надежда на богатые уловы и ценные морепродукты – как раз самые опасные и труднодоступные. Отметим, что промысел в южнополярных морях осложнен и наличием самой трудной погоды на планете. Недаром, именно 40 широта Южного полушария носит имя «ревущей», а 50-я – «неистовой». При этом остаются крайне неприятные вопросы. С момента гибели «Челюскина», технические возможности по прогнозированию погоды, строительству кораблей и, самое главное, по ледовой разведке чрезвычайно развились. Что мешало, скооперировавшись держать наготове ледокол, использовать данные с космических спутников или воздушные средства ледовой разведки? Что не давало иметь на борту более мощную помпу и запас горючего к ней? Что, наконец, мешало компании, занимающейся приполярным промыслом, располагать судном ледового класса? Ответ, увы, тоже очевиден. Это премия за рискованную экономию.
При этом, надо отдать должное мужеству людей, продолжающих борьбу за живучесть судна и уже одержавшей в этой борьбе важную победу. Пробоину успешно заткнули, и как сообщают информагенства, заварили. Крен выровнен и есть надежда, что судно будет спасено. В общем, как писалось в сочинениях молодости автора – в жизни опять нашлось место подвигу. Теперь, все будет зависеть от двух факторов: погоды до прихода помощи и эффективности помощи как таковой.
И все же, за каждым подвигом маячит предшествующее ему преступление. В этом так же сходство современных спартанцев с катастрофой «Челюскина». Только тогда безумное предприятие было продиктовано военно-политическими соображениями, а сейчас – банальной выгодой. И нет никакой уверенности, что это будет превращено в триумф воли к жизни и подвигу во имя освоения ледяных просторов. Времена романтиков отступили в прошлое, ну а времена торгашей никуда и не девалось.
И вот, история «Спарты» еще не окончилась, а уже на горизонте новая беда – с перевернувшейся буровой платформы «Кольская». Уже ясно – без больших жертв не обошлось.

Так что остается надеяться, что как в той же песне Гребенщикова, Бог полярников помилует, удвоит им выдачу спирта и оставит, такими как есть. Т.е. живыми, здоровыми и вернувшимися к своей трудной работе.

В течение последних 10-20-ти лет вид верхней зимней одежды, в которую одеваются и дети, и взрослые, очень существенно изменился. На смену естественным тканям и мехам пришли искусственные ткани, синтепон и прочие заменители меха.
Особенно это заметно по детской одежде.
Если еще совсем недавно «хитами» детской осенней и зимней одежды были всякие шубки и пальтишки, то сейчас на смену им пришли яркие комбинезоны и курточки, которые намного легче и удобнее прежних шубок.
А ведь когда-то все считали, что одежда из искусственных материалов никогда не сможет превзойти естественную одежду.
Вот, превзошла.
Сейчас даже странно вспоминать о тех временах, когда люди были вынуждены «доставать» какие-то там польские или югославские дубленки, а потом носить их с большой гордостью, хотя для тех, кто за рулем, дубленка является очень неудобной одеждой.
Ну, ведь сейчас тех, кто за рулем, стало намного больше, чем тех, кто совсем без руля. В этом вся соль.
При всем при том прекрасная половина человечества все еще предпочитает носить шубы из естественного меха, хотя «зеленые» этим очень недовольны. Их действия на Западе даже приводят к каким-то результатам.
У нас на «зеленых» все еще смотрят с насмешкой.
Климат в России все-таки такой, что даже у «зеленых» нет аргументов против использования естественных мехов при шитье одежды.
К тому же меха бывают разные.
Если взять белку, соболя, ондатру, колонка, горностая, то этих зверьков профессиональные охотники по-прежнему добывают в дикой природе.
А вот нутрию, норку, лисицу разводят на специальных зверофермах. Все это связано с экономикой. Дело в том, что на зверофермах выгоднее разводить тех зверьков, стоимость меха которых превосходит стоимость их содержания.
Так что праведный гнев «зеленых», направленный против убийства диких животных еще можно понять и принять. А вот их негодование против содержания пушных зверей на зверофермах является, мягко говоря, необоснованным.
Протестовать против разведения зверей на зверофермах – это все равно, что протестовать против разведения скота и птицы на мясо. Вегетарианцев, то есть тех людей, которые по своему метаболизму могут обходиться без животного белка, в мире всего лишь 5%. Остальное население без мяса жить просто не может.
Есть и еще одно очень существенное обстоятельство, связанное с пушным зверем.
На зверофермах удалось вывести зверьков с мехом такого вида и расцветки, которого в природе просто не бывает. За годы селекционной работы звероводам удалось получить цветную нутрию – черную, белую, золотистую, даже лавандовую!
То же самое и насчет норки, и других зверей. Их мех может быть коротким и длинным, более или менее шелковистым, с так называемой подпушью определенного цвета и остевым волосом.
В общем, звероводство, как отрасль, вовсе не собирается выбрасывать перед «зелеными» белый флаг.
И женщины пусть не волнуются. Лишь бы у их мужей и у них самих хватило денег на приобретение всех этих модных шубок и горжеток…

У Урсулы Ле Гуин, одной из любимых писательниц автора, есть тетралогия «Волшебник Земноморья». Фантастическое произведение, про магию и магов, суть мастерства которых в знании истинных имен людей и предметов. В приложении к нашей планете такая магия не сработает, поскольку мы не то чтобы не знаем истинных имен, но те, которые даем – часто настолько не соответствуют сути предмета, явления или субъекта, что прости диву даешься.

Нет числа примерам, когда человек по ошибке или от некомпетентности давал необдуманные имена природным объектам, например.Наиболее грозные бури почти без перерыва бушуют у мыса Доброй Надежды. И хотя не бури, а штили – проклятье моряков, для попавших в хорошее «дутьё» – от этого ненамного легче. Ладно мыс Надежды, надежды бывают разные – в том числе и на спасение. Тихий океан, очень часто напоминает – что водится в тихом омуте. По замечанию Гончарова, он как будто мстит человеку за свое слащавое название. Или Венера. Раскаленная почти до 500 градусов, с разъедающей атмосферой и мертвым пейзажем, она носит имя богини любви и красоты, хотя более похожа на ад в описаниях деятелей церкви. Совсем не воинственен Марс, не страшны и не ужасны его спутники. Зато астероиды, которыми нас пугают время от времени, носят вполне миролюбивые и не страшные имена.
Греческое слово «атом» в переводе означает «неделимый». Человечество таки научилось его делить и последствия этого дележа не только в гигатоннах накопленного ядерного оружия, но и в закрытых зонах Чернобыля и Фукусимы. «И не зря тот мирный атом – вся планета – кроет матом»
Иногда имена дают забавно. Ну, я не понимаю, сколько и чего нужно было выпить, чтобы назвать условные рисунки созвездий теми именами, которые они носят. Разве что Лебедь, ну хоть как-то напоминает птицу, раскинувшую крылья. А вот обозвать два звездных ковша Большой и Малой медведицами можно только после очень веселого и возлиятельного симпосиона. Моря на Луне не содержат ни капли воды. Земные моря людская фантазия населяла и продолжает населять чудовищами с красивыми и «ненастоящими» именами.
Деньги давным-давно утратили значение эквивалента золота или затрат труда. Политики научились смешивать истину с ложью в наркотический коктейль: все понимают, что вредно – но отказаться от него не представляется возможным. Слишком много е стало ненастоящим, слишком многое называется неправильно. Иногда, вообще кажется, что истинных имен нет совсем. Впрочем, может то, что мы не знаем истинных имен, даже и хорошо. Не зря, в исламской традиции, у Аллаха 99 «красивых имен», но истинное, сотое, не открыто никому ))
И все же, поскольку мы не можем не удержаться, чтобы не поименовать что-либо или кого-либо, с именами всем надо быть намного ответственнее. Как нас учит религии – вначале было слово. А, если начало – не с того слова, со слова не по месту, не ко времени и не по сути – как такое дело может стать хорошим или успешным? И если слова даются нам легче и не требуют таких усилий, как поступки – почему бы не начать меняться с более легкого?

Термин «дендрарий» происходит от древнегреческого слова «дендрон», которое означает просто «дерево». Дендрарий – это искусственно насаженный парк, лес или сад, в котором вместе выращиваются деревья из разных географических и даже климатических зон.
То есть в дендрарии рядом растут такие деревья и кустарники, а также, бывает, и однолетние растения, которые в естественной природе рядом никогда бы не росли.
Зачем создаются дендрарии?
В научных и декоративных целях.
Растения в дендрарии обычно рассаживаются по географическому принципу, хотя соображения красоты и правильной планировки тоже являются очень существенными.
С точки зрения науки, дендрарии очень важны. В них ученые проводят эксперименты по селекции, акклиматизации растений, а также интродукции – то есть расселению каких-то растений в такие зоны, в которых они раньше не произрастали.
Требуется очень долгая, кропотливая работа, в течение многих лет и даже десятилетий, чтобы улучшить те или иные виды деревьев, сделав их, например, более устойчивыми к перепадам температур и разного рода вредителям.
А затем требуется еще много лет, чтобы наблюдать за этими растениями в живой, естественной природе, куда их рассаживают.
Вообще ученые-дендрологи внушают глубочайшее уважение своей работой, поскольку в их деле очень часто бывает так, что одной человеческой жизни для завершения работы с каким-то видом деревьев не хватает.
То есть, что получается – ученый начинает работу, совершенно точно зная, что он ее конечных результатов не увидит! А увидит эти результаты только уже следующее поколение ученых и других людей.
Например, некие ученые работают над тем, чтобы акклиматизировать в наших широтах южноамериканское хвойное дерево араукарию. Зачем – это другой вопрос. Факт тот, что такая работа может вестись несколько десятилетий, никак не меньше.
Очень уж долго растут такие деревья.
Но вот недавно я побывал в одной из садоводческих компаний, которая выращивает в основном цветы и рассаду на продажу.
В последнее время постоянные клиенты заинтересовались и разведением многолетних растений, так что, идя им навстречу, в этом хозяйстве стали выводить саженцы кедров. Мне показали целую партию таких саженцев, высотой не более 20-30 сантиметров, пока растущих в глиняных горшках.
Пока такой саженец станет большим деревом, пройдет лет 30-40, не меньше.
Но люди покупают эти маленькие кедры, и высаживают их рядом со своими домами. Значит, люди верят в то, что в нашей жизни и жизни их детей все будет благополучно.
Хотя наша жизнь и не дендрарий, но каждый может благоустроить ее как следует.